Интервью с Цицино Михайловной Шургая

Кому доверить апгрейд самого, пожалуй, драгоценного для большинства женщин — собственного лица? Стереть с него следы прожитых лет или восстановить после болезни: отнюдь не всякий хирург способен сделать это максимально деликатно, сохранив присущую лицу уникальность и неповторимость. Цицино Шургая, победитель премии «Грация» в номинации «Лучший пластический хирург по пластике лица», призывает пациентов быть предельно осторожными.

Лучший пластический хирург по пластике лица в 2008 г. Шургая Цицино Михайловна Цицино Михайловна, все-таки интересно: вы вот не боитесь показывать фотографии «до и после», многие другие — как-то не торопятся…

Как бы ни обиделись мои коллеги, скажу честно: в России я была первой, кто начал делать пластические операции: так называемую SMAS или трёхслойную подтяжку, в результате которой индивидуальность лица оставалась неизменной, а результаты удовлетворяли пациентов, и оставались дольше. Ушло несколько лет, пока я убедила моих отечественных коллег, что операцию надо делать так, или не делать вовсе. Я сталкивалась с противоположным мнением, обусловленным тем, что многие коллеги не владеют хирургией лицевого нерва, что является единственным фактором, позволяющим выполнить данную операцию. В настоящее время я сталкиваюсь с тем, что во всех СМИ рекламируется именно данный вид подтяжки, а делается совсем другое, что выявляется при повторных операциях. Процесс и конечный результат я демонстрировать не опасаюсь — их можно показывать любому, самому признанному эксперту в мире.

А других хирургов как же на «качество» проверить, особенно если они фотографии предпочитают никому не показывать?

Придти в клинику, переписать номера пациентов, обзвонить их и поинтересоваться, довольны ли те результатами. Вообще говоря, большой вопрос, хорош ли хирург, который боится демонстрировать результаты своих трудов даже будущим пациентам. Я за своими «коллегами» уже устала переделывать! Но что делать, если сами пациенты не умеют выбирать врачей…

«Коллеги» ошибаются?

Они не ошибаются – они так делают! Не умеют, не учили… К некоторым из них я и врагу не пожелаю попасть. Врач, берущийся за пластику лица, должен иметь фундаментальные знания. И это — не факультет в Патриса Лумумбы, где готовят семейных докторов, которые в состоянии лишь сердечный приступ от кашля отличить.

Фундаментальные знания для пластического хирурга – какие?

Каждый хирург должен иметь свой конек. Как те специалисты, которые занимаются пластикой груди, начинали с того, что восстанавливали онкологических больных, так и будущий «пластик» по лицу должен начинать с челюстно-лицевой хирургии. Кроме того, надо быть художником, эстетом, жить в гармонии! Я, представьте, шью, вяжу и даже ювелирные украшения умею делать.

К вам клиенты приходят с просьбами «сделать как у звезды» или?..

Зачем мне работать с человеком, который считает, что стоит ему переделать лицо, как он сразу найдет себе место в обществе? Существует такое понятие — дисморфобия, то есть отвращение к собственной внешности, доведенное до болезненного состояния. Обычно такие люди — эгоисты, нарциссы, перфекционисты. Результат им вряд ли понравится, так что нет смысла и начинать. Но чаще всего — и это особенно свойственно иностранцам — приносят свои же фотографии двадцатилетней давности.

А если просят сделать явное «не то»?

Если пациент – человек нормальный, то я постараюсь объяснить, чего ему делать не стоит.

Словом, приходится и знание психологии использовать…

Да, пластический хирург – все равно, что психоаналитик на полчаса.

Что влияет на результат операции? Какие факторы – скажем, время года?

Ни возраст, ни время года тут значения не имеют. После операции главное требование – постельный режим. Что касается времени года, то люди, которые имеют возможность сделать пластику, в состоянии и кондиционер у себя в квартире установить. Борщ нельзя варить – сосуды могут лопнуть. Но, как вы понимаете, у моих клиентов есть возможность и к плите не подходить.

Оригинал интервью: http://www.gracia.su/articles/8/

← Назад к списку статей